Лиса потеряла пару на трассе под колесами грузовика, и теперь её кормят в кафе дальнобойщиков

История брошенного дальнобойщика, рассказанная им самим

Дальнобойщик без прав из Смоленска исколесил всю страну и год не был дома, а теперь застрял под Лугой. Два месяца он мытарствует в кабине. На заправке шофера пускают в душ, неравнодушные приносят еду. Такие дела, что долги хозяину висят кандалами, а к семье без денег путь заказан: жена с печальными глазами не пустит.

«Барин звонит, да и бес с ним, надоел. У него главный вопрос — завелся я или нет, а жрал ли, ему и в голову не придет спросить», — реагирует 56-летний дальнобойщик Александр Андреев на трезвонящий пошловатой мелодией мобильник. Разговариваем мы по телефону жителя Луги Алексея, который привез шоферу продукты.

На заправке «Газпромнефти» под Лугой фура «Рено» одиноко громоздится с краю на выезде с АЗС. Так и стоит с начала сентября. Шофер живет в кабине, благо есть печка.

Андреев из Смоленска, всю жизнь за рулем. Путь прямой как линейка и литой как чугун: школа, армия, там права получил, дембель и за баранку, то есть 36 лет в дороге. Есть взрослая дочь и внук.

«В декабре прошлого года пригнал машину с ликеро-водочными из Смоленска в Москву, оставил на стоянке. Уехал домой, в начале января вернулся, разгрузился и дальше поехал по России. Где-то забирал груз, где-то разгружался. Был и на Урале и в Крыму раза три. Правда, так и не искупался», — рассказывает, покашливая, дальнобойщик.

В конце августа был очередной рейс из Петербурга со стеклотарой. По дороге машина заглохла. Груз перекинули на подоспевшую фуру, а Александр кое-как добрался до Луги и заглох окончательно. Поскольку в город въезд транзитным грузовикам запрещен, облюбовал заправку.

«Что-то с топливным насосом случилось, наверное, надо диагностику делать, разбирать, а кто это на улице делать будет и на какие деньги? Жрать, курить нечего было. Спасибо людям, спасибо парням с заправки. В душ пускают. Мужики останавливаются, соляры дают, чтоб печка работала», — вкусно затянулся одолженной сигаретой шофер.

На этом месте мы подумали о том, что говорят, мол, такие структуры, как «Газпром», бездушные. А там люди-то, винтики, казалось бы, а с душой. Возможно, председатель правления совета директоров ПАО «Газпром» Алексей Миллер найдет секунд пять, чтобы бросить на бегу помощнику что-то типа: «Займись, награди там как-нибудь».

«Года три назад положил мой напарник машину набок. Я так и проснулся тогда верх ногами. Хозяин насчитал нам четыреста тысяч долга, так с тех пор и отдаю. В этом году работаю бесплатно. Пока наматывал круги по стране, он рублей по двести в неделю закидывал на карту. И то, когда я звонил, говорил, что на курево денег нет. Про еду и не заикался. А мне что, на колени перед ним становиться? Да никогда», — рассказал нам Андрей, добавив на наше недоумение, что заправлялся по топливной карте, а ее не обналичить.

Ответ на вопрос почему не бросит все к чертям, держится на простом.

— Мне жена сказала, что домой не пустит, если без денег приеду. Давно их у нас нет, — грустно смеется Александр. — Мне здесь легче жить, чем в глаза ее печальные смотреть. Но ничего, и у нас полоса белая будет.

Есть и прагматическая причина. Если Александр каким-то образом достанет денег на билет и бросит машину, его долг, случись что, может вырасти на стоимость фуры. «А может, и брошу все, если завтра опять не заведется», — мечтательно говорит собеседник.

В разговоре выяснилось и неожиданное. Водительских прав Александра лишили еще в июне 2013-го в Нижнем Новгороде.

— Те 18 месяцев, которые суд постановил, давно прошли, права лежат в суде в Смоленске. Хозяин обещал помочь их забрать, но мне бы только туда добраться и сам уже справлюсь, — мимоходом рассказал водитель.

Читать еще:  Ультразвуковой отпугиватель тараканов: какой лучше, отзывы, принцип действия

— А как без прав-то ездили по России, как гаишники? — поперхнувшись, спросил 47news.

— Так договаривался, ты чего не понимаешь? — удивившись вопросу, ответил Александр.

По его словам, проблемы возникли только на лужском посту. Инспекторы оказались вредными, о том разговоре водитель говорить не захотел.

«А жена меня пустит, куда ж мы с ней денемся», — поделился перетертой, наверное, не раз мыслью Александр.

— Чего хочу сейчас? Да малого, сто пятьдесят и в тепло — немудрено сообщил водитель и добавил: — Вы не подумайте чего, просто сегодня аккумулятор сел, знаю, что ночевать буду в холоде. Ну да ничего, бывало в Красноярске пять дней замерзал при -35-ти. И здесь, значится, не замерзну.

В конце истории в редакции вспомнили песню Высоцкого, гимн дальнобойщиков, «Кругом пятьсот». После тех строчек вся шоферня Советского Союза божилась, что поэт совершенно точно провел не один год за баранкой. А было-то проще, он просто поговорил за рюмкой с бывалым водителем. После разговора с Александром мы заняли таланта строчками песни Высоцкого.

Жизнь в кабине за $300 в месяц: трудные будни белорусского дальнобойщика

И зачем я поддался съесть на дорогу эту курицу! Уже в первые полчаса пути она едва из меня не выскочила вместе с душой. Идею этой авантюры мне подкинули не без умысла и, подозреваю, посадили в видавший виды МАЗ с металлическими рессорами вместо обещанных воздушных подушек не случайно – чтоб прочувствовал до конца. И своего добились: из плевого, в двадцать часов чистой езды, прогона от Бреста до Москвы автор вынес единственное – не надо мне их командировочных.

Дом на колесах

А это приятно – смотреть на других водителей свысока. Сидим, как принцессы на горошине, метрах в трех над дорогой. Андреич – водитель, у которого я в напарниках – закладывает в тахограф новый диск и трогает.

Едем размеренно, благо на «олимпийке» с четырьмя полосами находится место всем. А вот в Германии, откуда идет груз, моему водителю пришлось покраснеть. Подъемы там затяжные, километров по шесть, какие старичок СуперМАЗ не осиливал. Приходилось идти на пониженной передаче, собирая километровый хвост «Сканий» и «Мерседесов». Но тамошние водители скорее уснут в черепашьем темпе, нежели пойдут на запретный обгон. Зато на разрешенных участках, обгоняя «русскую каракатицу», немцы сочувственно показывали Андреичу зажигалку: спалил бы свою рухлядь, что ли.

За нашими спинами прямо в кабине двухъярусный лежак – отелей водители не знают. А рейс может затянуться и на месяц, как получилось у Андреича в этой самой Германии, куда водителей обычно отправляют в одиночку. Туда груз отвез, а назад – жди новый заказ. Паркуй машину и названивай домой, где целый отдел ищет охотников зафрахтовать обратный рейс. День ищет, неделю.

А денежки идут. На рейс в Германию водителю выдается 400 Евро. Кому повезет с обратным грузом и очередью на границе – половину привезет в семью. Но может остаться и на нулях.

В его глазах нет туристской любознательности. Даже при недельных простоях водитель заграницы почти не видит. Так, вырвется иной раз на часок в ближний город. С прицепом проблем нет, можно спокойно оставить на трассе – не тронут. Но за стоянку в городе надо платить, а уж посещение достопримечательностей шоферский бюджет тем более не предусматривает. В свободные дни водитель предпочтет лишний раз покопаться в моторе, дабы не иметь экологических проблем с полицией. Штрафы идут из все тех кровных четырехсот.

Андреич в ожидании факса простоял в Германии три недели, изрядно проелся, пока наконец получил рейс на Москву из другого немецкого города – эти самые 22 тонны шоколада, что громыхают у нас за спиной.

Во Франкфурте любопытный дедок из таможенной обслуги поинтересовался, откуда машина.

Как я работал дальнобойщиком. Часть 2-я

18 февраля 2009 1:00 82

Продолжение. Начало в номере «КП» от 17 февраля

Читать еще:  Российский школьник спас вмёрзшего в лед кота

По дороге в Москву осталось решить проблему с соляркой. При нормативе 20 литров топлива на 100 километров я уложился в 15. А теперь внимание, я расскажу, как водители зарабатывают на солярке.

Первый способ прост до безобразия. Во многих транспортных компаниях водители заправляются не за нал, а по специальным топливным картам. Так вот, сэкономив солярку, они встают на АЗС и предлагают заправиться по карточке водителям-частникам на 2 — 3 рубля дешевле. Иногда таким образом дальнобои за один только рейс умудряются продать 400 — 500 литров солярки.

А вот второй способ для тех, кто заправляется за деньги. Здесь тоже все просто, нужно сделать фальшивый чек. Вдоль основных трасс пасутся так называемые чекисты. Их узнать легко: они стоят на обочине и в руках держат небольшую белую картонку.

Этим способом воспользовался и я. Чеки делают недалеко от дороги. Пройдя в какой-то сарай, я остолбенел. По всему периметру этой хибары было наставлено с десяток кассовых аппаратов и несколько компьютеров. Мой чек на 50 литров и с суммой на нем 1100 рублей обошелся мне в полтинник. Но возможности «чекистов» этим не ограничиваются. Они могут напечатать любые документы на любой груз. У них есть сотни печатей различных фирм. Могут продать и пломбу. Так что некто может загрузить несколько тонн наркоты или взрывчатки в фуру, а в документах будут значиться мягкие игрушки для детдома. А так как это все опломбировано, гаишник не может вскрыть и посмотреть.

МОСКВА — АРХАНГЕЛЬСК: ЗА МКАД ЕЩЕ ТЕПЛИТСЯ ЖИЗНЬ

После поездки в северную столицу удалось отдохнуть целых два дня. Следующий рейс — в Архангельск . Загрузили меня торговым оборудованием для открывающегося там спортивного магазина. Причем всей этой ерунды — кот наплакал, можно было и на «Газели» увезти.

Когда я выехал на трассу, даже пару раз засомневался, туда ли я еду. По дороге встречаются одна-две машины в час, на федералку совсем непохоже. Глушь такая, даже редкие деревеньки и те словно вымерли. Ясное дело, нигде нет банкоматов, а наличка у меня уже закончилась. И ни на одной заправке не то что не принимают банковские карточки, многие даже слышат о таких впервые. В конце концов на одном из подъемов машинка начала дергаться, а затем и вовсе заглохла. И я раскорячился прямо посреди подъема. А тут еще и мобильник полностью разрядился.

Постепенно я начал околевать от холода, а вблизи ни одного деревца, костер развести не получится. Если уж, думаю, совсем худо будет, начну жечь резину. На куске картона черным маркером написал: «ПОМОГИТЕ! КОНЧИЛАСЬ СОЛЯРА, ДЕНЕГ НЕТ, ЗАМЕРЗАЮ НА Х. ».

Картонку я прикрепил на тент, надел на себя все вещи, которые только были с собой, залез под одеяло и принялся ждать.

Через несколько часов в окно кто-то постучал. Замерзшими губами я вкратце рассказал водителю « КамАЗа », как попал в эту передрягу. Вася, так звали пожилого коллегу, успокоил меня наличием соляры, канистры и шланга. Он просто подарил мне 20 литров топлива и уехал.

Но злоключения в этот день не закончились. Уже ночью на одном из подъемов в лоб мне выскочил придурок на «Газели». Что удивительно, в такие моменты нет никакой паники или какого-то испуга. Все как будто замедлилось раза в четыре. Есть время подумать. На встречке фура, «Газель» летит по моей полосе. Если я буду переть напролом, тогда в любом случае произойдет лобовой удар, несладко придется обоим.

Но есть и второй выход — кювет. За узкой обочиной видна только тьма, кто знает, с какой высоты мне придется лететь. Ладно, черт с ним, авось пронесет, кручу руль на обочину. Дальше время снова потекло как обычно, буквально в метре разъезжаюсь с «Газелью». И теперь я несусь в ожидании падения в кювет. Машина подскакивает на очередной рытвине, от этого ноги слетают с педалей, только руками изо всех сил я продолжаю держаться за руль. В кабине полетело все, что в ней было, словно в невесомости. Машина завалилась набок. Но каким-то чудом я удержался и аккуратно снова заехал на дорогу. И только тут я испугался. Вот так поездочка!

Читать еще:  Как мальчик Ваня из Владикавказа спасает бездомных животных

Дома первым делом я вмазал шоферские 150 и лег спать, даже не снимая одежды. Теперь я понимаю, почему водилы столько пьют.

ХУЖЕ ГАИШНИКОВ — ТОЛЬКО «ЧАЙНИКИ»

Таким обидным для многих словом водители грузовиков называют всех, кто управляет легковушками. «Чайники» не понимают, что тормозной путь грузовика в два, а то и в три раза длиннее, чем у обычного автомобиля, и часто оказываются под колесами многотонной фуры.

Чуть образовался затор — на обочине уже выстраивается вереница легковушек, которые еще больше усугубляют пробку. Гаишники на это смотрят сквозь пальцы, хотя штраф полагается немаленький — 500 рублей. Вот и приходится дальнобойщикам самим решать эту проблему. Одна фура перекрывает обочину, а другая идет впритык к ней, но уже по своей полосе.

СКОРАЯ ЛИ ПОМОЩЬ?

Поздно вечером я въехал на МКАД и не успел разогнаться, как вдруг воздух рассекли пронзительный визг тормозов и глухой удар. Я только и увидел, как от грузовичка, ехавшего метрах в 50 от меня, в воздух взлетели тысячи осколков стекла. Тут же притормозили несколько машин. Останавливаюсь и бегу к разбитому грузовику. Его водитель, оказывается, уснул за рулем, не заметил притормозивший «МАЗ» и на полном ходу впечатался в него.

От удара кабину расплющило, словно консервную банку. Водители остановившихся машин ринулись вызволять бедолагу из западни. Но его просто зажало в этой груде искореженного металла. По лицу водителя стекала бурая струйка крови, он находился в шоковом состоянии и все пытался вылезти. Хотя, глядя на все это, казалось, что ему просто перерубило ноги.

Прошло уже десять минут, водителю становилось все хуже. Попытки открыть дверь даже кувалдой и ломом ни к чему не приводили. И ни гаишников, ни «Скорой» все нет, хотя звонили уже раз двадцать.

Наконец, и я дозвонился до «Скорой».

— Здравствуйте, девушка, произошла авария. Внутренняя сторона МКАД, не доезжая одного километра до Рублевки. Водителя зажало в кабине.

— Представьтесь, пожалуйста! — спокойно ответила оператор.

— Скажите, на каком километре произошла авария, — продолжала девушка.

— Да не знаю я, какой это километр! Говорю же, не доезжая километр до Рублевки, внутренняя сторона МКАД. Водителя зажало в кабине!

— Ну все же посмотрите, какой это километр, — настаивала оператор.

— Черт возьми, да не знаю я, какой это километр! — я был вне себя от злости. Тут один из водителей, остановившихся помочь, подсказал, какой именно километр. — Вышлите наконец машину!

— Назовите номер своего телефона, — спокойно продолжала оператор.

— 8-903. Михаил Мулюкин, я корреспондент «Комсомольской правды», — проорал я в надежде, что хоть это заставит немного расшевелиться непробиваемую операторшу.

Подоспела машина МЧС . Надо отдать должное, ребята работали оперативно. Полностью срезали дверь и начали разжимать при помощи гидравлического инструмента кабину.

Только через 50 минут подъехала «Скорая помощь». Если уж в Москве поздно вечером при практически свободном движении медики ехали почти час, то что будет, если авария произойдет на трассе?

А ведь я работаю на японском грузовике, сделанном для низкорослых азиатов. Практически точь-в-точь таком же, какой попал сейчас в аварию. Но водитель той машины небольшого роста. А я со своими 187 сантиметрами сижу в этой кабине впритык. И даже при легкой аварии меня может здесь просто размазать по сиденью. А если и удастся выжить, то можно остаться калекой на всю жизнь.

Ладно, еще рейсик сделаю, получится ровно месяц, как я за баранкой грузовика, и нужно валить из этой конторы.

КСТАТИ

Придорожный сервис сейчас неплохо развит. Тут и кафе, и мотель, и сауна. Толпы проституток на любой вкус, размер и кошелек. Как и везде, где есть деньги, присутствует криминал. Кабину дальнобойщика профессиональные воры успевают обчистить меньше чем за минуту. Тут же и продают краденые телефоны, за копейки. Особая статья доходов преступников — запаски. Одно грузовое колесо тянет на $1000!

Источники:

http://47news.ru/articles/112229/
http://www.kolesa.ru/article/zhizn-v-kabine-za-300-v-mesjac-trudnye-budni-belorusskogo-dalnobojschika-2015-05-05
http://www.nnov.kp.ru/daily/24246/444528/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему: